Tags: заповеди

tan -2

(no subject)

как много ненависти и злости.
я сама тут, не сдержавшись, пожелала путину участи царя ирода. не думаю, что мне стало от этого легче, и энтропия уменьшались. наоборот. ведь, когда мы злимся, пусть это и в адрес подлецов, пусть это и праведный, так сказать, гнев, мы теряем доверие к Богу, и забываем о том, что это только Ему решать их судьбу. и неправильных решений у Него быть не может.
tan -2

Дима, Костя, таки нашлось кое-что в противовес предыдущему закрытому перепосту.

tan -2

(no subject)

у меня вопрос ко всем.
когда вы видите зло, слишком много зла (всевозможную подлость, несправедливость, жестокость), чувствуете ли вы себя сильнее, или наоборот бессильным, если понимаете, что это самое зло одерживает формальную победу, прочно восседает на троне, возвышается над нами и вполне довольно своим положением?
tan -2

хорошая репутация - это вот что такое. а не что-то еще.

"Кардинал Бергольо известен личной скромностью, доктринальным консерватизмом и преданностью делу социальной справедливости. Ведёт весьма простой образ жизни, что вносит определённый вклад в его репутацию. Живёт в маленькой квартире, мало напоминающей дворец архиепископа, отказался от персонального лимузина с шофёром в пользу общественного транспорта и по некоторым сообщениям сам себе готовит пищу."
tan -2

сказочка на ночь от деда Панаса.

уж лучше грешным быть, чем грешным слыть.
напраслина страшнее обличенья,

слабодушный гений сказал. а вот у святых-то все ровно наоборот.
к сожалению, не помню имя того святого. патерик гласит примерно следующее. его знали в городе, как главного сластолюбца. он щедро платил проституткам, приходя к ним в дом. и после его посещений девицы прекращали принимать мужчин, всех, кроме него. это объяснялось так: мол, греховодник настолько искушен, что полностью ими овладевает. и только после его смерти город узнал от тех девиц о том, что почивший приходил к ним в дом и вместо ожидаемого проповедовал Христа. девицы обращались, но только он строго им запрещал рассказывать об этом при его жизни.

отака фигня, малята.
tan -2

никак не могу не процитировать!

трезвый голос. только, боюсь, этот голос потонет...

источник на сайте Правмир, между прочим.

"...надо ли это начинать с защиты чувств верующих – я не уверен. Меня несколько смущает, что человек, который позиционирует себя верующим, в этой ситуации получает какой-то исключительный статус по отношению к другому человеку. Статус какого-то особо уязвимого, трепетного, ранимого существа – которому требуется специально выстроенная оранжерея для нормального проживания.

Причем этот исключительный статус вдруг оказывается связанным именно с чувствами верующего. Не могу понять, почему статус обычного человека, который не декларирует свою религиозность, будет ниже статуса религиозного человека – требующего какой-то особой защиты. Почему оскорбление памяти, скажем, усопшего родственника, будет находиться в другой категории, нежели чем оскорбление чувств верующего? Или оскорбление чести, например, военнослужащего?

Неизбежное появление кастовости, «неприкасаемости» верующих в такой ситуации просто пугает...."
tan -2

(no subject)

апатия по отношению ко всему - это такое квази-спасительное анти-чувство, в которое все больше хочется закопаться по причине запрета на другие чувства, кроме, разве что, "чувств верующих". эта апатия - прямое следствие полной и безоговорочной фрустрации. а это именно то, чего добиваются от нас главные дяди, потому что обществом, пребывающем в апатии, легче управлять. а у чиновников из рпц это даже подменяется благочестивым понятием "смирение", а то и вовсе - "мир", что должно, видимо, усиливать пафос.
tan -2

"О, как тяжек ваш пастораций в Великом Вавилоне..."

Оригинал взят у ermsworth в "О, как тяжек ваш пастораций в Великом Вавилоне..."
--  вздыхал о. Станислав Добровольский в письме к о. Александру Меню. Насколько тяжек был этот "пастораций", отец Станислав знал не понаслышке -- многие из "новодеревенских" приезжали к нему с теми же "духовными проблемами", с тем же "букетом", как называлось изысканное переплетение любви к себе, подозрительности к другим и возвышенного недовольства миром (в "букет" входила и другая растительность, но не о нем теперь речь), какие приносили о. Александру, а он, вспоминала Н.Л.Трауберг,  рассказавшая и про "букет", и про "пастораций", слушал и "жалел, жалел..."
С дистанции в два десятка лет все легче и "безопасней" рассуждать о том, сколь пагубна была эта жалость, как много плохих поэтов и прочих "творческих людей" она наплодила, какой поверхностной и эклектичной была библеистика о. Александра, не учитывавшая новых, известных его нынешним критикам исследований и позиций (о том, как доставались жителю "страны победившего социализма" вышедшие на Западе работы и чем за их присутствие в домашней библиотеке иногда приходилось отвечать,  "дети электронных библиотек"  предпочитают не задумываться), каким "примитивным", а то и "сомнительным" было его богословие...   Но дело в том, что ни библеистом, ни богословом в строгом смысле о. Александр  -- и это отчетливо видно из его текстов -   себя не считал.  Скорее, он был просветителем или, как некогда сказал С.С.Аверинцев, "миссионером для дичайшего из всех диких племен -- племени советской интеллигенции". Этим словам о племени тоже можно верить, поскольку сказаны они изнутри.  Многими  чертами, например, синкретизмом сознания "великовавилонская интеллигенция" мало, чем отличалась от языческих племен, однако миссионерствовать среди нас было гораздо  труднее --  мы уже знали  "слышали" многие слова и и казалось, понимали их смыслы, знали, кого и за что следует презирать,  владели искусством заслуженно-праведного гнева, требовали немедленного удовлетворения собственных "запросов" и соответствия "высоте" наших творческих потребностей. Отец Александр ничего не опровергал, не перечеркивал. Он терпеливо, апеллируя к "общим именам",  напоминал о том, что духовные порывы, религиозная философия, справедливое социальное устройство, церковная история, горение творческого духа -- всё это исключительно важно,  христианством рождено и объемлется,  однако  само христианство -- про другое:

"Вера это крепость надежды, построенная над пропастью отчаяния.И это не потому что вера это «убежище» или «утешение», а потому что обезображенный и страшный мир поистине может внушить чувство ужаса. И лишь вера срывает с мира маску и обнажает сокровенную красоту Сущего. В этом и только в этом смысле мир, внушающий отчаяние, — нереален. А действителен только Реальный..." 

"Великий Вавилон" готов снести даже "религизную интеллигенцию",  при том, конечно, что она, вполне легально и даже поощряемо занимаясь богословскими штудиями, по-прежнему будет жить по его "великовавилонской законам"   А вот весть об иной "географии", иной правде ему нестерпима.       
  
tan -2

православные!

коллективная голова РПЦ интригующе молчит по поводу уничтожения протестантской церкви. видимо, не было указания сверху это не оскорбляет их религиозных чувств.
ну а что думают по этому поводу рядовые православные и действующие священники? аналитики итд? ведь и их не слышно. а хотелось бы услышать.
или я что-то пропустила? я ведь не эксперт далеко. мне только тоскливо и страшно от всего этого.

апд. статья в "известиях": http://izvestia.ru/news/534625

неужели непонятно? сегодня пришли за протестантами, завтра...
шиндлер

прошу поддержать!

речь идет о разграблении и разрушении протестантской церкви в Москве.

дорогие братья-христиане, прихожане разрушенного храма. я крещена в православной церкви. какой бы конфессией и какой бы официальной санкцией не прикрывался бандитизм, он всегда будет бандитизмом. и на страшном суде не получит ни одной индульгенции вне зависимости от своего "положения". я предлагаю православным людям поддержать наших братьев и сестер. надо как-то пытаться сохранить мир. потому что кому-то, очевидно, выгодна война.

протестантский сайт с сообщением о варварстве здесь: http://www.protestant.ru/read/article/122075